Восстание декабристов 14 декабря 1825 г.

19 Май 2009 | написал lesha
Движение декабристов является событием, длительное время приковывающим внимание историков. Это связано с тем, что события более чем 170-летней давности оказали значительное влияние на последующее развитие России; декабристы были первыми русскими революционерами, которые организовали открытое восстание против царизма.
Революционное движение декабристов имеет обширную библиографию, которая насчитывает более 10 тысяч книг, статей, монографий, диссертаций и т.д. Первыми исследователями этого движения были сами декабристы, которые в своих воспоминаниях и статьях анализировали причины, сущность и цели выступления 14 декабря 1825 г. Видными учеными, которые исследовали эту проблему, являлись академик М. В. Нечкина, В. А. Федоров, А. В. Семенова и др.

Итак, что же представляла собой Россия в I четверти XIX века?
Это время стало периодом становления в России революционного движения и его идеологии. Первыми русскими революционерами, как уже было сказано выше, стали декабристы.
Их мировоззрение сформировалось под воздействием российской действительности I четверти XIX века. Прогрессивная часть дворянства ожидала от Александра I продолжения либеральных преобразований, начатых в первые годы его правления. Однако, политика царского правительства после Отечественной войны 1812 г. вызывала их негодование; после войны 1812 1815 гг. в России наступила полоса мрачной правительственной реакции. Победу над Наполеоном царизм стремился использовать для укрепления своей власти. Усилились произвол полиции и царской бюрократии, цензурные притеснения передовой общественной мысли; помещики усиливали крепостнический гнет, стремясь возместить свои потери в войне за счет крестьян. Правительство сурово расправлялось с крестьянскими волнениями. Подобная политика стала называться аракчеевщиной (по имени Аракчеева – главного советника царя).
Генерал А. А. Аракчеев – грубый, жестокий человек, готовый выполнить любой царский приказ – стал первым после царя лицом в России, главным проводником реакционной политики.
По приказу царя Аракчеев усиленно насаждал военные поселения. Стремясь уменьшить расходы на содержание армии, царь перевел отдельные воинские части в разряд военных поселян, т. е. разместил их в сельской местности и приказал им не только нести воинскую службу, но и обрабатывать землю. Крестьянское население этих местностей также переводилось в разряд военных поселян. Военные поселяне должны были пожизненно отбывать военную службу, одновременно занимаясь сельским хозяйством. В этих поселениях не только военные учения, но и все сельскохозяйственные работы производились по команде унтер-офицеров и офицеров. Крестьянские дети с 7 лет проходили военное обучение, а с 18 лет переводились на действительную военную службу.

Таким путем царь хотел создать послушную и преданную себе армию. Однако, этой цели он не достиг.
Бесконечная муштра, непосильный труд, жестокие наказания, полное бесправие делали жизнь военных поселян хуже каторги. Они неоднократно поднимали восстания, беспощадно подавлявшиеся царизмом.
Благородные чувства национальной гордости, которые охватили передовых людей того времени под влиянием побед в Отечественной войне, омрачились сознанием бесправного положения народа. Они начали понимать, что основным виновником тяжелого положения народа является самодержавие, которое «отблагодарило» народ введением военных поселений, жестокой реакцией в области культуры и просвещения.
Итак, знакомство с развитием стран Запада укрепило стремление прогрессивного дворянства покончить с причинами отсталости России. Главной из них считалось крепостное право, тормозившее хозяйственное развитие страны. Крепостное право воспринималось декабристами как оскорбление национальной гордости народа-победителя. Многие декабристы сами являлись участниками Отечественной войны, и в сражениях проявили себя настоящими героями. Они поняли, что только самоотверженность народа, его великий патриотический подвиг спасли страну от порабощения, и что такой народ заслуживает лучшей доли.
Вызывало негодование и участие царского правительства в подавлении революционных и национально-освободительных движений в Европе. Вместе с тем, эти движения служили примером, вдохновляли на борьбу. Русская публицистика и литература, а также западноевропейская просветительская литература тоже оказали немалое влияние на взгляды будущих декабристов.

Первое тайное политическое общество – «Союз спасения» – возникло в Петербурге в феврале 1816 года. Оно также имело и другое название – «Общество истинных и верных сынов отечества». В него входило 28 человек, среди которых были А. Н. Муравьев, С. И. и М. И. Муравьев-Апостол, С. П. Трубецкой, И. Д. Якушкин, П. И. Пестель и другие. Члены данного общества ставили своей целью уничтожение крепостного права, ликвидацию самодержавия и установление конституционного строя. Однако, способы достижения поставленных целей были неясны. Одни предполагали во время смены императора предъявить наследнику свои требования, другие предлагали убить царя и уже разрабатывали планы покушения. Но эти планы были отвергнуты. Для активных действий общество не имело еще сил, и это побудило членов «Союза» к созданию новой, более широкой организации.
В 1818 г. в Москве был создан «Союз благоденствия», насчитывающий около 200 членов и имевший устав с обширной программой действий (под названием «Зеленая книга»). Существовала данная организация три года и сумела проделать большую работу.
Члены «Союза благоденствия» в своих устных и печатных выступлениях критиковали самодержавный строй, обличали произвол помещиков и взяточничество чиновников, показывали тяжелую жизнь народа. Для революционной агитации они использовали вольнолюбивые стихи молодого Пушкина.
В 1820 г. произошли волнения солдат в царской армии. Солдаты гвардейского Семеновского полка в Петербурге, доведенные до отчаяния бесконечной муштрой и жестокостью офицеров, отказались повиноваться, самовольно вышли на площадь перед казармой и подали жалобу на командира полка. Это было неслыханное событие в царской армии. Солдат жестоко наказали как бунтовщиков. Но выступление семеновцев показало, что в армии зреет недовольство, что ее можно поднять на восстание.
В это же время происходит ряд крупных крестьянских волнений и выступлений военных поселян. Развертывается революционное движение в странах Западной Европы. Все это вдохновляло декабристов на более энергичные действия. В 1820 г. «Союз благоденствия» принял решение бороться за установление в России республиканского правления. Этим положено начало республиканской традиции в русском революционном движении. Изменение программы потребовало и изменения тактики.

Декабристы получили свое наименование по названию месяца, в котором они подняли первое в истории России революционное восстание. Это были молодые по возрасту люди, выходцы из различных слоев дворянского класса, находившиеся по преимуществу на военной службе. Но они были дворянами, и поэтому далеки от народа, да и сам народ еще был, как отмечал В. И. Ленин, «забит и неподвижен». Декабристы пришли к выводу, что революционный переворот возможен без участия народных масс, только с помощью армии, руководимой членами тайного общества.
Но «Союз благоденствия» не мог возглавить восстание из-за того, что в него проникло много случайных, нестойких людей. Необходимость избавиться от подобных людей, а также возникавшие разногласия между радикальными и умеренными членами общества привели к решению распустить «Союз». На его основе в 1821-1822 гг. были созданы новые тайные общества, целью которых стала подготовка военного восстания. Это были более сплоченные и боевые организации: на Украине – «Южное общество», и в Петербурге – «Северное общество».
Участники и «Южного», и «Северного» обществ считали себя членами единой тайной организации. Важным делом этих обществ являлась разработка конституции будущей России. Проекты конституции были написаны в «Южном обществе» П. И. Пестелем и в «Северном» Н. М. Муравьевым.

Павел Иванович Пестель (1793-1826), участник Отечественной войны 1812 г., награжденный золотым оружием за храбрость, проявленную в Бородинском сражении, был одним из самых выдающихся деятелей декабристского движения. Он пользовался огромным авторитетом среди декабристов и был признанным вождем «Южного общества».
В своем конституционном проекте, названном им «Русской правдой», П. И. Пестель провозглашал уничтожение самодержавия, крепостного права и введение в России республиканского правления. «Я сделался, – говорил Пестель, – в душе республиканец и ни в чем не видел большего благоденствия и высшего блаженства для России, как в республиканском правлении». Высшим органом государственной власти, по «Русской правде», должно было стать народное вече, избираемое всем народом на основе прямого и равного для всех граждан избирательного права без каких-либо ограничений.
В будущей республике намечалось провести широкие демократические преобразования: объявить равенство всех перед законом, свободу слова, печати, значительно снизить налоги, сократить срок солдатской службы.
Рабство, говорилось в «Русской правде», должно быть «решительно уничтожено, дворянство должно непременно навеки отречься от гнусного преимущества обладать другими людьми».
Освобожденные крестьяне, по проекту Пестеля, наделялись землей, им передавалась половина всего земельного фонда страны. Для этого предполагалось частично конфисковать земли помещиков. Это был самый революционный аграрный проект того времени.

Никита Михайлович Муравьев (1796-1843) проявил себя мужественным офицером в годы Отечественной войны. Он был одним из организаторов первых тайных организаций декабристов и пользовался большим уважением, как умный и образованный офицер.
Составленная им конституция будущей России также предполагала ликвидировать крепостное право сразу после революции. «Крепостное состояние и рабство отменяются. Раб, прикоснувшийся земли русской, становится свободным». Уничтожались сословия, объявлялось равенство всех перед законом, провозглашалась свобода слова, печати, вероисповеданий. Но программа Муравьева была все же более умеренной, чем проект Пестеля. Россия объявлялась не республикой, а конституционной монархией. Высшим законодательным органом должно было стать народное вече – двухпалатный парламент, избираемый на основе имущественного ценза.
Во главе исполнительной власти оставался император, которому отводилась роль высшего чиновника в государстве. Однако, Н. Муравьев считал, что если царь откажется ввести конституцию, то в стране может быть провозглашена республика.
Аграрный проект Муравьева был также более ограниченным, чем проект Пестеля. Надеясь на то, что дворянство поддержит революционный переворот, он предлагал сохранить ему значительные привилегии. Земля считалась собственностью помещиков, крестьяне же, освобожденные от крепостной неволи, получали небольшой земельный надел – всего лишь по две десятины на двор.

Ниже приведена сравнительная таблица программ тайных организаций декабристов. Стоит отметить, что, несмотря на различие программ, обе они для данного времени были революционными. Их осуществление привело бы к утверждению новых, буржуазных отношений. Это была программа буржуазной революции.

За три месяца до восстания произошло слияние «Южного общества» с тайной организацией под названием «Общество соединенных славян». Эта организация объединяла армейских офицеров, мелкопоместных и совсем беспоместных дворян. «Общество соединенных славян» ставило перед собой задачу революционного преобразования общественного строя всех славянских народов и объединения их в общеславянскую федерацию. Оно попыталось установить контакты с представителями польского национально-освободительного движения.

Меняя свои названия и постепенно реорганизуясь, тайные общества просуществовали со дня своего основания до дня восстания около десяти лет.

Царское правительство, конечно, представляло себе, что протест против самодержавия и крепостничества зреет и ширится, но более обстоятельные сведения о существовании тайных обществ Александр I получил лишь накануне своей смерти, а Николай I – в дни междуцарствия.

В ноябре 1825 г. во время поездки на юг России, в Таганроге, неожиданно скончался император Александр I. Детей у него не было. Наследовать престол должен был брат Александра – Константин. Но он еще при жизни Александра I отрекся от престола в пользу младшего брата – Николая. Однако, отречение было сделано тайно, и о нем знали лишь немногие.
После смерти Александра об отречении Константина не было объявлено. Войска и население были сразу приведены к присяге Константину. Но он подтвердил свой отказ от престола. Николай решил вступить на престол и назначил на 14 декабря 1825 г. переприсягу.
Неожиданная смерть Александра I прозвучала для декабристов как призыв и сигнал к открытому выступлению. Известно, что почти во всех своих тактических планах они связывали начало восстания со смертью монарха. Поэтому сама жизнь вносила решительные коррективы в согласованные между представителями «Южного» и «Северного» обществ сроки общего выступления и толкала декабристов на незамедлительное восстание. Смена императоров, непонятная для народа и солдат новая присяга – все это послужило благоприятным моментом для выступления. «Случай удачный, – писал друг Пушкина И. И. Пущин. – Ежели мы ничего не предпримем, то заслужим во всей силе имя подлецов». Декабристы знали, что переворот связан с большими трудностями, что сил у них мало, и все же они не хотели упускать момент. «Мы так твердо были уверены, что или мы успеем, или умрем, что не сделали ни малейших сговоров на случай неудачи», – говорил впоследствии писатель-декабрист А. Бестужев.
13 декабря на квартире у больного Рылеева состоялось последнее совещание декабристов. Здесь был окончательно разработан план восстания и избран его руководитель – полковник князь С. П. Трубецкой, участник Отечественной войны 1812 года. Командование войсками при занятии Зимнего дворца было поручено капитану А. И. Якубовичу. Захватить Петропавловскую крепость поручено было А. М. Булатову. Поручик П. Г. Каховский соглашался «открыть путь» к восстанию и, как бы совершая самостоятельный террористический акт, проникнуть утром 14 декабря в Зимний дворец и убить Николая.
На собрании утвердили «Манифест к русскому народу», провозглашавший ликвидацию существующего правления, отмену крепостного права, широкие демократические преобразования: свободу слова, вероисповедания, свободу занятий, передвижения, равенство всех сословий перед законом, уменьшение срока солдатской службы.
Этот важнейший документ декабристы предполагали обнародовать в день восстания от имени высших государственных органов империи – Государственного совета и Сената, для чего решили помешать присяге сенаторов и членов Государственного совета царю Николаю I и заставить их подписать «Манифест». Именно поэтому местом сбора восставших была назначена площадь перед Сенатом.

14 декабря офицеры – члены тайного общества еще затемно были в казармах и вели агитацию среди солдат. С горячей речью выступил перед солдатами Московского полка А. Бестужев. «Я говорил сильно, меня слушали жадно», – вспоминал он позже. От присяги новому царю солдаты отказались и приняли решение идти на Сенатскую площадь. Полковой командир Московского полка барон Фредерике хотел было помешать выходу из казарм восставших солдат – и упал с разрубленной головой под ударом сабли офицера Щепина-Ростовского. Был ранен и полковник Хвощинский, желавший остановить солдат. С развевающимся полковым знаменем, взяв боевые патроны и зарядив ружья, солдаты Московского полка первыми пришли на Сенатскую площадь. Во главе этих первых в истории России революционных войск шел штабс-капитан лейб-гвардии драгунского полка Александр Бестужев. Вместе с ним во главе полка шли его брат, штабс-капитан лейб-гвардии Московского полка Михаил Бестужев и штабс-капитан того же полка Дмитрий Щепин-Ростовский.
Полк построился в боевом порядке в форме каре около памятника Петру 1. Каре (боевой четырехугольник) было проверенным и оправдавшим себя боевым построением, обеспечивавшим как оборону, так и нападение на противника с четырех сторон. Было 11 часов утра. К восставшим подскакал петербургский генерал-губернатор Милорадович, стал уговаривать солдат разойтись, клялся в том, что присяга Николаю правильна, вынимал шпагу, подаренную ему цесаревичем Константином с надписью: «Другу моему Милорадовичу», напоминал о битвах 1812 г. Момент был очень опасен: полк пока был в одиночестве, другие полки еще не подходили, герой 1812 г. Милорадович был широко популярен и умел говорить с солдатами. Только что начавшемуся восстанию грозила большая опасность. Милорадович мог сильно поколебать солдат и добиться успеха. Нужно было во что бы то ни стало прервать его агитацию, удалить его с площади. Но, несмотря на требования декабристов, Милорадович не отъезжал и продолжал уговоры. Тогда начальник штаба восставших декабрист Оболенский штыком повернул его лошадь, ранив графа в бедро, а пуля, в этот же момент пущенная Каховским, смертельно ранила генерала. Опасность, нависшая над восстанием, была отражена.
Избранная для обращения к Сенату делегация – Рылеев и Пущин – еще рано утром отправилась к Трубецкому, который перед этим сам заходил к Рылееву. Выяснилось, что Сенат уже присягнул и сенаторы разъехались. Оказалось, что восставшие войска собрались перед пустым Сенатом. Таким образом, первая цель восстания не была достигнута. Это была тяжелая неудача. От плана откалывалось еще одно задуманное звено. Теперь предстоял захват Зимнего дворца и Петропавловской крепости.
О чем именно говорили Рылеев и Пущин в это последнее свидание с Трубецким – неизвестно, но, очевидно, они договорились о каком-то новом плане действий и, придя затем на площадь, принесли вместе с собой уверенность, что Трубецкой сейчас придет туда же, на площадь, и приступит к командованию. Все нетерпеливо ждали Трубецкого.
Но диктатора все не было. Трубецкой изменил восстанию. На площади складывалась обстановка, требовавшая решительных действий, а на них-то и не решался Трубецкой. Он сидел, терзаясь, в канцелярии Генерального штаба, выходил, выглядывал из-за угла, много ли собралось войска на площади, прятался вновь. Рылеев искал его повсюду, но не мог найти. Кто же мог догадаться, что диктатор восстания сидит в царском Генеральном штабе? Члены тайного общества, избравшие Трубецкого диктатором и доверявшие ему, не могли понять причины его отсутствия и думали, что его задерживают какие-то причины, важные для восстания. Хрупкая дворянская революционность Трубецкого легко надломилась, когда пришел час решительных действий.
Вождь, изменивший делу революции в самый решительный момент, конечно, является в некоторой мере (но лишь в некоторой!) выразителем классовой ограниченности дворянской революционности. Но все же неявка избранного диктатора на площадь к войскам в часы восстания – случай беспрецедентный в истории революционного движения. Диктатор предал этим и идею восстания, и товарищей по тайному обществу, и пошедшие за ними войска. Эта неявка сыграла значительную роль в поражении восстания.
Восставшие долго выжидали. Солдатские ружья стреляли «сами». Несколько атак, предпринятых по приказу Николая конной гвардией на каре восставших, были отбиты беглым ружейным огнем. Заградительная цепь, выделенная из каре восставших, разоружала царских полицейских. Этим же занималась и «чернь», находившаяся на площади (палаш одного разоруженного жандарма был передан брату А. С. Пушкина Льву Сергеевичу, который пришел на площадь и присоединился к восставшим).
За оградой строившегося Исаакиевского собора располагались жилища рабочих-строителей, для которых было заготовлено много дров на зиму. Поселок в народе называли «исаакиевской деревней»; оттуда в царя и его свиту полетело немало камней и поленьев.
Мы видим, что войска были не единственной живой силой восстания 14 декабря: на Сенатской площади в этот день был еще один участник событий – огромные толпы народа, собравшиеся на площади и энергично выражавшие сочувствие восставшим. Общеизвестны слова Герцена – «декабристам на Сенатской площади не хватало народа». Понимать эти слова надо не в том смысле, что народа вообще не было на площади, – народ был, а в том, что декабристы не сумели опереться на народ, побоялись привлечь их к восстанию, и это было одной из главных ошибок повстанцев.
В течение всего междуцарствия на улицах Петербурга было оживленнее обычного. Особенно это было заметно в воскресенье 13 декабря, когда прошел слух о новой присяге, о новом императоре и отречении Константина. В день восстания, еще затемно, народ стал скопляться то тут, то там у ворот казарм гвардейских полков, привлеченный толками о готовящейся присяге, а возможно, и широко распространившимися слухами о каких-то льготах и облегчениях для народа, которые сейчас объявят при присяге. Слухи эти, несомненно, шли и от прямой агитации декабристов. Незадолго до восстания Николай Бестужев с товарищами ночью объезжал военные караулы у казарм и говорил часовым, что скоро отменят крепостное право и уменьшат срок солдатской службы. Солдаты жадно слушали декабристов.
Любопытно впечатление современника о том, как «пусто» в этот момент было в прочих частях Петербурга: «Чем далее отходил я от Адмиралтейства, тем менее встречал народа; казалось, что все сбежались на площадь, оставив дома свои пустыми». Очевидец, фамилия которого осталась неизвестной, рассказывал: «Весь Петербург стекался на площадь, и первая адмиралтейская часть вмещала в себе до 150 тысяч человек, знакомые и незнакомые, приятели и враги забывали свои личности и собирались в кружки, рассуждали о предмете, поразившем их взоры».
Надо отметить поразительное единодушие первоисточников, говорящих об огромном скоплении народа.
Преобладало «простонародье», «черная кость» — ремесленники, рабочие, мастеровые, крестьяне, приехавшие к барам в столицу, мужики, отпущенные на оброк, «люди рабочие и разночинцы», были купцы, мелкие чиновники, ученики средних школ, кадетских корпусов, подмастерья... Образовались два «кольца» народа. Первое состояло из пришедших пораньше, оно окружало каре восставших. Второе образовалось из пришедших позже — их жандармы уже не пускали на площадь к восставшим, и «опоздавший» народ толпился сзади царских войск, окруживших мятежное каре. Из этих пришедших «позже» и образовалось второе кольцо, окружившее правительственные войска. Заметив это, Николай, как видно из его дневника, понял опасность этого окружения. Оно грозило большими осложнениями.
Основным настроением этой огромной массы, которая, по свидетельствам современников, исчислялась десятками тысяч человек, было сочувствие восставшим.
Николай сомневался в своем успехе, «видя, что дело становится весьма важным, и не предвидя еще, чем кончится». Он распорядился заготовить экипажи для членов царской семьи с намерением «выпроводить» их под прикрытием кавалергардов в Царское Село. Николай считал Зимний дворец ненадежным местом и предвидел возможность сильного расширения восстания в столице. О том же говорило поручение охраны дворца саперам: очевидно, при охране Зимнего царю мерещились даже какие-то наспех возведенные укрепления, для батарей. Николай еще яснее выразил эти настроения, записав, что в случае кровопролития под окнами дворца «участь бы наша была более чем сомнительна». И позже Николай много раз говорил своему брату Михаилу: «Самое удивительное в этой истории – это то, что нас с тобой тогда не пристрелили». В этих словах мало оптимистической оценки общего положения. Надо признать, что в этом случае историк должен полностью согласиться с Николаем.
В этих условиях Николай и прибег к посылке для переговоров с восставшими митрополита Серафима и киевского митрополита Евгения. Оба уже находились в Зимнем дворце для благодарственного молебна по случаю присяги Николаю. Но молебен пришлось отложить: было не до молебна. Мысль послать митрополитов для переговоров с восставшими пришла Николаю в голову как способ пояснить законность присяги ему, а не Константину через духовных лиц, авторитетных в делах присяги, «архипастырей». Казалось, кому лучше знать о правильности присяги, как не митрополитам? Решение ухватиться за эту соломинку укрепилось у Николая тревожными вестями: ему сообщили, что из казарм выходят лейб-гренадеры и гвардейский морской экипаж для присоединения к «мятежникам». Если бы митрополиты успели уговорить восставших разойтись, то новые полки, пришедшие на помощь восставшим, нашли бы уже основной стержень восстания надломленным и сами могли бы выдохнуться.
Вид приближающейся духовной делегации был довольно внушителен. Узорчатый зеленый и пунцовый бархат облачений на фоне белого снега, сверкание бриллиантов и золота на панагиях, высоких митрах и поднятых крестах, два сопровождающих дьякона в пышных, сверкающих парчой стихарях, надетых для торжественного придворного богослужения, – все это должно было приковать к себе внимание солдат.
Но в ответ на речь митрополита о законности требуемой присяги и ужасах пролития братской крови «мятежные» солдаты стали кричать ему из рядов, по авторитетному свидетельству дьякона Прохора Иванова: «Какой ты митрополит, когда на двух неделях двум императорам присягнул... Не верим вам, пойдите прочь!.. Это дело не ваше: мы знаем, что делаем...»
Внезапно митрополиты ринулись бегом влево, скрылись в проломе загородки Исаакиевского собора, наняли простых извозчиков (в то время, как справа, ближе к Неве, их ждала дворцовая карета) и объездом вернулись в Зимний дворец. Почему произошло это внезапное бегство священнослужителей? К восставшим подходило огромное подкрепление. Справа, по льду Невы, поднимался, пробиваясь с оружием в руках через войска царского окружения, отряд восставших лейб-гренадеров. С другой стороны вступали на площадь ряды моряков – гвардейский морской экипаж. Это было крупнейшим событием в лагере восстания: его силы сразу увеличивались более чем вчетверо.
«Гвардейский экипаж, следовавший на Петровскую площадь, встречен был лейб-гвардии Московским полком с восклицаниями “ура!”, на что гвардейский экипаж ему ответствовал, что повторялось на площади несколько раз»,— показывает Михаил Кюхельбекер.
Таким образом, порядок прибытия восставших полков на площадь был следующий: первым пришел лейб-гвардии Московский полк с декабристом Александром Бестужевым и его братом Михаилом Бестужевым во главе. За ним (значительно позже) – отряд лейб-гренадер – 1-я фузилерная рота декабриста Сутгофа со своим командиром во главе; далее – гвардейский морской экипаж под командой декабриста капитан-лейтенанта Николая Бестужева (старшего брата Александра и Михаила) и декабриста лейтенанта Арбузова. Вслед за гвардейским экипажем вступили на площадь последние участники восстания – остальная, наиболее значительная часть лейб-гренадеров, приведенная декабристом поручиком Пановым. Рота Сутгофа примкнула к каре, а матросы построились со стороны Галерной другим воинским построением – «колонной к атаке». Пришедшие позже лейб-гренадеры под командой Панова составили отдельное, третье на Сенатской площади, построение – вторую «колонну к атаке», расположенную на левом фланге восставших, ближе к Неве. На площади собралось около трех тысяч восставших солдат при 30 офицерах-декабристах – строевых начальниках. Все восставшие войска были с оружием и при боевых патронах.
Артиллерии у восставших не было. Все восставшие были пехотинцами.
За час до конца восстания декабристы выбрали нового «диктатора» – князя Оболенского, начальника штаба восстания. Он трижды пытался созвать военный совет, но было уже поздно: Николай успел взять инициативу в свои руки и сосредоточить на площади против восставших вчетверо большие воинские силы, причем в его войсках были кавалерия и артиллерия, которыми не располагали декабристы. В распоряжении Николая было 36 артиллерийских орудий. Восставшие, как уже сказано, были окружены правительственными войсками со всех сторон.
Короткий зимний день клонился к вечеру. «Пронзительный ветер леденил кровь в жилах солдат и офицеров, стоявших так долго на открытом месте», – вспоминали потом декабристы. Наступали ранние петербургские сумерки. Уже было 3 часа дня, и стало заметно темнеть. Николай боялся наступления темноты. В темноте народ, скопившийся на площади, повел бы себя активнее. Из рядов войск, стоявших на стороне императора, начались перебежки к восставшим. Делегаты от некоторых полков, стоявших на стороне Николая, уже пробирались к декабристам и просили их «продержаться до вечера». Более всего Николай боялся, как позже сам записал в своем дневнике, чтобы «волнение не сообщилось черни». Николай дал приказ стрелять картечью. Команда раздалась, но выстрела не последовало. Канонир, зажегший фитиль, не вложил его в пушку. «Свои, ваше благородие», – тихо ответил он набросившемуся на него офицеру. Офицер Бакунин выхватил запал из рук солдата и выстрелил сам. Первый залп картечью был дан выше солдатских рядов – именно по «черни», которая усеяла крышу Сената и соседних домов. На первый залп картечью восставшие отвечали ружейным огнем, но потом под градом картечи ряды дрогнули, заколебались – началось бегство, падали раненые и убитые. «В промежутках выстрелов можно было слышать, как кровь струилась по мостовой, растопляя снег, потом сама, алея, замерзала», – писал позже декабрист Николай Бестужев. Царские пушки стреляли по толпе, бегущей вдоль Английской набережной и Галерной. Толпы восставших солдат бросились на невский лед, чтобы перебраться на Васильевский остров. Михаил Бестужев попытался на льду Невы вновь построить солдат в боевой порядок и идти в наступление. Войска построились. Но ядра ударялись о лед – лед раскалывался, многие тонули.

Так вспоминает о событиях на Сенатской площади М. А. Фонвизин:
«13 декабря казалось, что все было приготовлено тайным обществом к решительному действию: оно считало на гвардейские полки, в которых было много членов, ручавшихся за успех, как один член Союза, адъютант начальника гвардейской пехоты генерала Бистрома, поручик Ростовцев, не из корыстных видов, а испуганный мыслию о междуусобном кровопролитии, идет во дворец и открывает великому князю Николаю намерения и надежды тайного общества воспрепятствовать его восшествию на трон. Великий князь в ту же ночь созывает во дворец начальников гвардейских полков (в числе их был один член тайного общества, генерал Шипов) и льстивыми убеждениями, обещаниями наград и т. п. преклоняет их на свою сторону: гвардейские генералы спешат в свои полки и еще до рассвета успевают привести их к присяге императору Николаю I, зная, что этим они свяжут совесть своих солдат. Этой счастливой проделкой Николай Павлович удачно избегает опасности, ему угрожавшей.
Тайное общество могло тогда только считать на части лейб-гвардии Московского и Гренадерского полков и на баталион гвардейского морского экипажа, которые твердо решились стоять за права великого князя Константина, полагая, что жизнь его в опасности. Декабря 14-го на рассвете этот малочисленный отряд, над которым приняли начальство военные члены тайного общества, собирается на Сенатской площади в уверенности, что гвардия его поддержит.
Но гвардейские полки, так недавно связанные присягою, данною Николаю I хотя не с большим усердием, а по приказанию начальников, идут против отряда, собравшегося на Сенатской площади, к которому присоединилась большая толпа народа. Император посылает уговаривать солдат положить оружие. Неустрашимый генерал-губернатор граф Милорадович с тем же намерением скачет к отряду, но в ту же минуту, смертельно раненный пулей, падает. Трепеща от страха, петербургский митрополит Серафим в угождение царю, окруженный своей свитой, подходит к отряду, начинает убеждать солдат, но напрасно теряет слова. Конная гвардия идет в атаку на инсургентов, и они опрокидывают ее батальонным огнем.
Наконец подвозят шесть батарейных орудий («ultima ratio») и несколько картечных выстрелов на близком расстоянии расстраивают ряды инсургентов и заставляют их рассеяться. Если б отряд, вышедший на Сенатскую площадь, имел предприимчивого и отважного начальника и вместо того, чтобы оставаться в бездействии на Сенатской площади, он смело повел бы его до прибытия гвардейских полков ко дворцу, то мог бы легко захватить в плен всю императорскую фамилию. А имея в руках таких заложников, окончательная победа могла бы остаться на стороне тайного общества».

К ночи все было кончено. Царь и его клевреты всячески преуменьшали число убитых, – говорили о 80 трупах, иногда о сотне или двух. Но число жертв было гораздо значительнее – картечь на близком расстоянии косила людей. По приказу полиции кровь засыпали чистым снегом, спешно убирали убитых. Всюду ходили патрули. На площади горели костры, от полиции послали по домам с приказом, чтобы все ворота были на запоре. Петербург походил на город, завоеванный врагами.
Наибольшее доверие вызывает документ чиновника Министерства юстиции по статистическому отделению С. Н. Корсакова, опубликованный П. Я. Каином. В документе одиннадцать рубрик. Мы узнаем из них, что в день 14 декабря было «убито народа»: «генералов – 1, штаб-офицеров – 1, обер-офицеров разных полков – 17, нижних чинов лейб-гвардии Московского полка – 93, Гренадерского – 69, [морского] экипажа гвардии – 103, Конного – 17, во фраках и шинелях – 39, женска пола – 9, малолетних – 19, черни – 903. Общий итог убитых – 1271 человек».
В это время на квартире Рылеева собрались декабристы. Это было их последнее собрание. Они договорились лишь о том, как держать себя на допросах... Отчаянию участников не было границ: гибель восстания была очевидна. Рылеев взял слово с декабриста Н. Н. Оржицкого, что он сейчас же отправится на Украину, чтобы предупредить «Южное общество», что «Трубецкой и Якубович изменили».
В ночь на 15 декабря в Зимний дворец начали свозить арестованных.

Царское правительство жестоко расправилось с декабристами. К следствию было привлечено 579 человек; более 100 из них были осуждены на каторгу и поселение в Сибирь, многие офицеры разжалованы в рядовые или высланы в разные губернии под надзор полиции. Солдаты, участвовавшие в восстании, были жестоко наказаны палками (прогнаны сквозь строй) и направлены в штрафные батальоны на Кавказ в действующую армию. Пять декабристов – К. Ф. Рылеев, П. И. Пестель, С. И. Муравьев-Апостол, М. П. Бестужев-Рюмин и П. Г. Каховский были приговорены к мучительной казни – четвертованию. Однако, Николай I не решился удивить мир такой средневековой казнью. 13 июля 1826 г. пять декабристов были повешены в Петропавловской крепости.

После того, как восстание в Петербурге было подавлено, в конце декабря 1825 г. на Украине, в окрестностях Василькова (в 30 км от Киева), восстал Черниговский пехотный полк. Восстанием руководили члены «Южного общества» – подполковник Сергей Муравьев-Апостол и поручик Михаил Бестужев-Рюмин (Пестель был арестован еще 13 декабря). Но «Южное общество» повторило ошибки «Северного». Декабристы-южане тоже не перешли в наступление, а главное, они побоялись опереться на поддержку народных масс. Через несколько дней восстание декабристов на Украине было разгромлено.

Одной из главных причин поражения декабристов являлась их классовая ограниченность, узкая социальная база движения. «Узок круг этих революционеров, – писал В. И. Ленин. – Страшно далеки они от народа».
Классовая ограниченность сказалась в идейных разногласиях, несогласованности действий, в нерешительности и недостаточности революционной активности в решающий час. План переворота был выработан довольно подробно, но в нем отсутствовала самая главная, самая действенная сила всякой революции – народ. Это не сулило успеха. Дворянские революционеры боялись активности народных масс, которые были на их стороне в день восстания 14 декабря, и не использовали их, боялись, что, соединившись с солдатами, «чернь» перехлестнет через их головы и перейдет к открытому восстанию и бунту.

Несмотря на поражение, движение декабристов имело огромное историческое значение. Оно было первым в России открытым революционным выступлением против самодержавия и крепостничества.
Движение декабристов оказало большое влияние на развитие общественной и культурной жизни России; на их идеях воспитывалось целое поколение писателей, поэтов, художников, ученых и общественных деятелей. В своем знаменитом послании в Сибирь А. С. Пушкин писал: «Не пропадет ваш скорбный труд…» Это были пророческие слова. Через многие поколения В. И. Ленин, оценивая движение дворянских революционеров, сделал вывод: «…Их дело не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию. Ее подхватили, расширили, закалили революционеры-разночинцы, начиная с Чернышевского и кончая героями “Народной воли”». Таким образом, дворянские революционеры заложили основы революционного движения в России. И дело их действительно не пропало – они внесли свою лепту в политическое пробуждение народа. Завещанные декабристами лозунги борьбы против самодержавия и крепостного права на долгие годы стали знамением для их преемников в освободительном движении России в XIX веке.

14 декабря 1825 года декабристы, охваченные патриотизмом и любовью к Родине, твердой поступью вышли на Сенатскую площадь. После подавления восстания они начали свой тяжкий путь от Сенатской площади в Петербурге на каторгу и ссылку. Через тридцать лет оставшиеся в живых с гордо поднятой головой вернулись умирать на Родину, пронеся через годы и десятилетия свою неугасимую ненависть к крепостничеству и самодержавию.




Метки: История России

Вы читаете » "Восстание декабристов 14 декабря 1825 г."

Статьи по теме:

КАВКАЗ И ГРЕЧЕСКИЕ ГОРОДА НА СЕВЕРНОМ ПОБЕРЕЖЬЕ ЧЕРНОГО МОРЯ
ТЕОЛОГИЯ И ФИЛОСОФИЯ
Дорога Жизни
«Тоталитаризм» для внутреннего употребления
ЧЕЛОВЕК НА УРАЛЕ В ЭПОХУ ПАЛЕОЛИТА
История обращения Владимира (988 989 гг.)
Земли и княжества
Внутренняя и внешняя политика, 1505 1522 гг.
СИБИРЬ И ТУРКЕСТАН
Политический кризис в северном Причерноморье, (831 839 гг.)
Договор Олега с греками. Уголовные законы. Законы гражданские. Законы государственные
ЛЫСЕНКОВЩИНА
Основные моменты в развитии гражданского права
Русь и славяне
Северные соседи скифов
Сарматы в Южной Руси
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ И ПРАВО РУСИ В ПЕРИОД ПОЛИТИЧЕСКОЙ РАЗДРОБЛЕННОСТИ (УДЕЛЬНЫЙ ПЕРИОД) — XII – XIV вв.
Попытки уступок. «Осенняя весна» Святополк-Мирского
СОВЕТСКАЯ СТРАНА В ПЕРВОЕ ПОСЛЕВОЕННОЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ (ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ВНУТРЕННЕЙ И ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ)
«Большой террор» 1930-х годов
Общий обзор внутреннего убранства комнат
Внутренняя политика Москвы (1619 1632 гг.)
Экономическое развитие СССР в 70-е – первой половине 80-х гг.
Иконопись Новгорода
Особенности развития системы и отдельных отраслей права
Поиск ↓
 

Rambler's Top100