Москва, Украина и Польша, 1658 1667 гг.

16 Март 2009 | написал mania
Союз Выговского с Польшей сделал войну между Польшей и Москвой неизбежной. В секретном письме Беневскому от 6 сентября 1658 г. Выговский просил июльского короля немедленно прислать ему, по крайней мере, войско в тысячу человек, а если это возможно, то – в пять тысяч, чтобы изгнать московитов из Киева. Что касается крупномасштабных операции против Москвы, Выговский зависел, главным образом, от поддержки крымских татар. Он нуждался в иностранных войсках, поскольку не мог доверять казакам. Браславский полковник Иван Сербии, который и раньше был сторонником Выговского и принимал участие в неудачном походе Данилы Выговского на Киев, утверждал, что многие ветераны этой экспедиции не желают воевать против царских люди, и поэтому дезертируют из своих полков. Еще один казацкий полковник говорив Шереметеву, что до этого похода Выговский казнил нескольких полковников и сотников, чтобы через устрашение заставить казаков следовать за ним. В январе 1659 г. один украинский священнослужитель сказал московскому должностному лицу – Булгакову, – что гетман казнил многих казаков, подозревая их в дружеских чувствах по отношению к царю.
После того, как было заключено Гадячское соглашение, в польском сейме возобладали сторонники войны против Московии, и возможность признания царя Алексея наследником польского трона была забыта. Тем не менее, признавалось, что и далее следует продолжать переговоры с Москвой. Переговоры между польско литовскими и московскими представителями состоялись в Вильно в сентябре и октябре 1658 г., но не принесли результатов.
В ноябре литовская армия и казаки Выговского начали наступление на московские вооруженные силы, расположенные в Великом княжестве Литовском. Казаки осадили Минск. Московский воевода, князь Юрий Алексеевич Долгоруков, разбил литовцев под Вильно, но ввиду действий казаков в районе Минска, решил отступить от города. В то же самое время как поляки, так и московиты пытались упрочить свое международное положение, ведя переговоры со Швецией. 20 декабря 1658 г. в городке Валиесари в Ливонии было подписано трехлетнее перемирие между шведами и московитами.



Перемирие со Швецией дало возможность Москве организовать более сильное сопротивление Польше и Выговскому. Еще до появления там царских войск, левобережная Украина стала театром восстания против Выговского в октябре 1658 г. После этого в ноябре корпус московских войск в составе двадцати тысяч человек под командованием князя Григория Григорьевича Ромодановского – одного из самых талантливых московских военачальников того времени – занял город Лохвица. Вслед за этим общее собрание казаков, горожан и крестьян левобережной Украины избрало Ивана Беспалого – «значительного товарища» казацкого войска – временным гетманом.
В феврале 1659 г. Выговский напал на левобережную Украину. С армией казаков, поляков и татар он захватил Полтаву и еще несколько городов, но ему не удалось вытеснить войска Ромодановского Беспалого из Лохвицы. К концу марта Выговский возвратился в Чигирин. Именно оттуда Выговский направил своих представителей на сессию польского сейма, которая открылась в Варшаве 27 марта и ратифицировал Гадячское соглашение. 22 мая (по новому стилю) обе стороны – поляки и украинцы – скрепили договор клятвой.
Тем временем, московское правительство снарядило и отпраили в левобережную Украину сильную армию под командованием князя Алексея Никитича Трубецкого. В апреле это войско приблизилось к Конотопу, который охранялся отрядом казаков верных Выговскому под командованием полковника Григория Гуляницкого. Трубецкой был не в состоянии захватить город штурмом и провел два месяца в бездействии, осаждая его. В конце июня Выговский пришел на помощь конотопскому гарнизону с отрядом казаков. Его союзник крымский хан – привел сильное войско своих татар, а также с орду ногаев и белгородских (аккерманских) татар.
В то время как татары и половина казаков оставались в засаде в болотистой местности, Выговский со второй половиной казаков атаковал московитский лагерь. Трубецкой направил против них свою кавалерию. Выговский отступил, увлекая московитов в болота. 28 июня московские всадники были окружены татарами и разбиты. Цвет московской кавалерии погиб в этот роковой день. Пять тысяч человек было взято в плен. Большинство пленников было сразу же убито казаками Выговского и татарами. У Трубецкого не было иного выхода, кроме поспешного отступления к границам Московии с оставшейся пехотой и артиллерией. Победителям не удалось воспрепятствовать его маршу в Путивль.
Ужас объял Москву, когда сведения о конотопском разгроме достигли столицы. Казалось, что надвигается опасность похода Выговского и хана на Москву. Правительство отдало приказ об укреплении московских фортификационных сооружений и строительстве земляных насыпей вокруг пригородов.
Тревога в Москве продлилась недолго, поскольку вскоре стало очевидно, что Выговский находился не в том положении, чтобы воспользоваться плодами своей победы. Украина переживала муки гражданской войны, которая была неизбежной, поскольку программу Выговского, включающую в себя олигархическую конституцию и объединение с Польшей, поддерживало меньшинство казаков. Кроме того, крымский хан не хотел начинать большую войну против Москвы, особенно из за того, что он был хорошо осведомлен о разногласиях среди казаков. Поэтому он вскоре ушел в Крым с большей частью своей армии, оставив с Выговским небольшой татарский отряд. Конотопская кампания принесла татарам хорошие дивиденды. На пути домой они захватили тысячи пленников из левобережных украинских городов и деревень и взяли богатую добычу.
Не только казацкая «чернь», но и многие лидеры старшин присоединились к восстанию против Выговского. В сентябре старшины созвали общую раду в Германовке. Выговский отказался от своей должсности и бежал в ближайший лагерь польских войск, расположенный недалеко от Белой Церкви. 11 сентября Юрий Хмельницкий был избран гетманом днепровского правобережья. Чтобы воспрепятствовать какому либо нападению со стороны поляков на левобережную Украину, а также чтобы войти в контакт с новым гетманом, Трубецкой направился из Путивля в Переяслав, до которого добрался 27 сентября и был принят переяславским казачьим полковником и всем населением. Начались переговоры между представителями Юрия Хмельницкого и Трубецким. Юрий по прежнему был не способен править. Группа старшин проводила казацкую политику от его имени. Самым талантливым человеком в этой группе был прежний прилуцкий полковник Петр Дорошенко.
Старшины представили на рассмотрение Трубецкому перечень условий, на которых казацкая армия возвращалась под власть царя. Среди них было требование, чтобы царь вел переписку с запорожским кошем не иначе, как только через гетманскую канцелярию. Гетману должно быть возвращено право принимать иностранных послов; малороссийская церковь должна была остаться под юрисдикцией патриарха Константинопольского. Трубецкой ответил, что эту программу следует представить на рассмотрение рады. Он был прекрасно осведомлен, что большинство рядовых казаков, а также горожан и крестьян в большей мере симпатизировали запорожскому кошу, нежели аристократической группе правобережных старшин. Кроме того, левобережные старшины уже проявили готовность выступить на стороне паря. Таким образом, Москва могла надеяться на свое влияние в украинских делах.
9 октября Юрий Хмельницкий и лидеры старшин прибыли в Переяслав. На следующий день они были приняты Трубецким, который объявил им, что они прощены царем за свою прежнюю поддержку Выговского на том условии, что в дальнейшем они будут верно служить царю. После этого Трубецкой попросил Юрия Хмельницкого созвать раду для избрания нового гетмана, которого признают по обоим берегам Украины. Он настаивал на том, чтобы для участия в раде были приглашены не только казаки, но также горожане и крестьяне.
Рада была созвана 17 октября. Правобережную Украину представляли Юрий Хмельницкий и группа старшин, поддерживавших левобережную – ее действующий гетман Беспалый, все его полковники я старшины и вся «червь». Московский воевода Киева В.Б. Шереметев и полевой воевода в левобережной Украине – князь Г.Г. Ромодановский – прибыли в Переяслав, чтобы действовать в качестве советников Трубецкого.
Из за огромного количества участников раду пришлось проводить в открытом поле возле города. Чтобы воспрепятствовать антимосковским выступлениям со стороны правобережных старшин, неподалеку расположился отряд московских войск.
Рада единодушно избрала Юрия Хмельницкого гетманом обоих берегов Украины. Затем был зачитан и утвержден радой свод статей Богдана Хмельницкого (условия объединения Украины с Москвой в марте 1654 г.). Вслед за этим Трубецкой обнародовал перечень новых статей предлагаемых Москвой, которые следовало обсудить на раде. Суть этих статей заключалась в усилении московского контроле над Украиной и в ограничении власти гетмана и полковников путем предоставления больших прав рядовым казакам.
Среди прочих пунктов, Москва требовала, чтобы московские гарнизоны вдобавок к Киеву, были расположены в следующих пяти городах: Переяславе, Нежине и Чернигове на левом берегу; Браславе и Умани – на правом. Цель этих гарнизонов была чисто военная – стоять на страже во избежании польских и татарских нападений. Воевода каждого гарнизона не должен будет иметь власти над гражданским населением и не должен вмешиваться в казацкие дела.
В двух статьях речь велась о наказании семьи Выговского и его ближайших советников за их измену. Трубецкой потребовал, чтобы все члены клана Выговского были выданы для депортации в Московию. Что касается советников Выговского, то Трубецкой просил, чтобы шестеро из них (включая Гулянипкого, Лесницкого, Самойлу Зарудного и Антона Ждаиовича) никогда не назначались ни на какую должность в казацком войске я чтобы им было запрещено принимать участие в собраниях рады.
Все статьи, предложенные Трубецким, обсуждались радой и принимались одна за другой. В силу принятия такого решения, требования, представленные Трубецкому правобережными старшинами до собрания, провалились.
Представлялось, что привяли Переяславской радой статей Трубецкого должно восстановить объединение всей Украины с Москвой. Однако следовало ожидать больших неприятностей, поскольку раскол между левобережной и правобережной Украиной, так же как и пропасть между старшинами и «черныо» были ликвидированы всего лишь номинально. Кроме того, можно было ожидать, что поляки предпримут определенные действия, чтобы вновь установить свой контроль над Украиной.

II

Война между Польшей и Москвой возобновилась в Белоруссии, и ход военных действий благоприятствовал полякам. Чтобы подкрепить свой успех на украинском театре военных действий, поляки заключили союз с крымским ханом. Вдобавок, они возобновили свои попытки привлечь казацких старшин на свою сторону. Беневский вступил в переписку с гетманом, Юрием Хмельницким, и убеждал его возвратить Украину под власть Польши. Юрий находился в зависимости от своих советников старшин. А среди них не было единства во мнениях, но голос тех, кто выступал за поддержку Москвы преобладал в то время, и казацкое войско согласилось выступить на стороне Москвы против поляков.
В августе 1660 г. командир царских войск на правобережной Украине, В.Б. Шереметев, встретился с гетманом для обсуждения плана кампании против Польши. Было решено предпринять опера против Львова. Подразделение казаков должно было двигаться вместе с Шереметевым. Иными словами, каждая из армий – московская и казацкая – должна была двигаться отдельной колонной на некором расстоянии одна от другой, что и было использовано поляками.
В середине сентября корпус Шереметева был окружен тридцатью тысячами поляков и шестьюдесятью тысячами татар у Чуднова на Волыни. Шереметев слал требовательные послания Юрию Хмельницкому, убеждая его как можно скорее прийти ему на помощь. Тем временем, поляки напали на лагерь Хмельницкого. Сначала казаки отражали атаки врага, но вскоре Юрий испугался и вступил в переговоры с поляками. 17 октября был подписан договор, согласно которому было подтверждено большинство отдельных статей Гадячского соглашения, но его идеологическая сущность – создание «русского княжества» в рамках тройственного содружества – была ликвидирована. Таким образом, положение казацкого государства внутри польского содружества сводилось к тому уровню, который был оговорен договорами в Зборове в 1649 г. и в Белой Церкви в 1651 г.
Положение Шереметева стало безнадежным, особенно после того как казаки дезертировали. Он капитулировал 23 октября. Поляки передали его татарам, которые увезли его в Крым, ожидая большого выкупа. Несчастный воевода вынужден был провести в татарском плену двадцать лет.
Капитуляция Шереметева была еще более сильным ударом, Москвы, нежели поражение при Коногоне годом раньше. Очередной раз Москва почувствовала себя в опасности перед новым нападением – поляков, татар и казаков Юрия Хмельницкого. И очередной раз этого нападения не последовало, главным образом из за оппозиции по отношению к про польской политике олигархической группы – оппозиции, которая включала в себя значительную часть старшин, не говоря уже о «черни». Лидеры этой группы, включая Выговского и Немирича, были разочарованы тем, что поляки отреклись от основных принципов Гадячского соглашения.
Необходимо было созвать новое собрание рады для утверждения союза казаков с Польшей. Беневский настаивал на том, чтобы «чернь» присутствовала там наряду со старшинами, поскольку он опасался, что в противном случае гетманом вновь может быть избран Выговский, который будет требовать восстановления тройственного содружества. Вследствие этого Беневский агитировал за переизбрание Юрия Хмельницкого, с Тетерей в качестве войскового писаря. 11 ноября рада, собравшаяся в Корсуни, проголосовала именно таким образом. Однако в ней не принимали участия ни запорожцы, ни левобережные полки. Вместо этого, они созвали свою собственную раду в Переяславе и присягнули там на верность царю. Дядя Юрия Хмельницкого – Аким Сомко – был избран действующим гетманом левобережья.
Будучи сильно озабочено сложной ситуацией на Украине, московское правительство возобновило переговоры со Швецией по поведу сохранения мира, по крайней мере в Прибалтике. Новый мирный договор был подписан 21 июня 1661 г. в Кардисе (между Дерптом и Ревелем). Москва вынуждена была согласиться на то, чтобы возвратить Швеции все территории, завоеванные московскими войсками во время войны, включая части Ливонии и Ингрии с устьем реки Невы. Таким образом, все усилия московского правительства получить доступ к Финскому заливу (доступ, потерянный в смутное время) оказались напрасными.
Международное положение Москвы некоторым образом упрочилось вследствие заключения мирного договора со Швецией, несмотря на его невыгодные условия. Однако внутри страны назревали серьезные проблемы, связанные с катастрофической девальвацией медных денег. К 1661 г. за один серебряный рубль требовали двенадцать медных. Мелкие государственные чиновники и солдаты, которые получали свое жалование и заработную плату медными деньгами, оказались в отчаянном положении. Свой «вклад» в общее обнищание внесли и фальшивомонетчики, выпускавшие медные рубли в огромном количестве. Когда правительству удавалось наложить руки на мошенников, их казнили, а их имущество конфисковывалось. Однако довольно многим из них удавалось спастись, благодаря подкупу чиновников. Ходили слухи, что даже тесть царя, Иван Данилович Милославский, был виновен в том, что получал подарки от фальшивомонетчиков.
Возмущение по поводу подобных противозаконных действий разгоралось среди жителей Москвы, и наконец, 25 июня 1662 г. в Москве вспыхнул бунт. Толпы возбужденных горожан ринулись к летней резиденции царя Алексея Михайловича – Коломенскому. Царь пообещал предать суду и наказать виновных чиновников. Он объявил, что вскоре сам лично прибудет в Москву. После этого горожане начали грабить дом богатого купца Василия Шорина, которого подозревали в спекуляции медными деньгами. Хованский убеждая бунтовщиков прекратить разбой и дождаться приезда царя. Бунтовщики, в свою очередь, потребовали, чтобы им немедленно выдали основных виновных. Они захватили сына Шорина в качестве заложника. Сам Шорин вынужден был укрыться в Кремле.
После первого появления московских горожан в Коломенском, царь направил посланника к Артамону Матвееву, приказывая ему привести два полка стрельцов из Москвы в Коломенское. Одновременно, князю Юрию Ромодановскому был отдан приказ явиться в Коломенское с отрядом солдат «нового строя» (т.е. обученных иностранными офицерами).
Тем временем тысячи бунтовщиков нагрянули в Коломенское второй раз. Они обратились к царю с просьбой снизить налоги и потребовали выдачи тех бояр, которых они считали «предателями», виновными в притеснениях. На какое то время царь почувствовал себя во власти толпы. Однако, в этот самый момент появились стрельцы и вместе с дворцовой гвардией набросились на бунтовщиков, которые в беспорядке бежали. Между прочим, совсем немногие из них имели действительно мятежные намерения по отношению к самому царю. Они пришли искать у него правосудия. Лишь небольшая группа рассчитывала на применение силы. Около сотни бегущих бунтовщиков утонуло в Москве реке, более тысячи было убито преследователями и намного больше арестовано. Из них немногие зачинщики были казнены, а остальные высланы в дальние города.
На следующий год чеканка медных рублей была прекращена и возобновлен выпуск серебряных денег.

III

В это самое время на Украине казаки Юрия Хмельницкого при поддержке поляков и татар напали на Переяслав, но были отброшены казаками Сомко и московскими войсками. Юрий отступил к Чигирину, который он мог у держать только с помощью татар. В качестве платы за поддержку, татары разорили всю местность в округе. Население справедливо возлагало всю вину за это на Юрия. Запорожцы резко потребовали его отставки. Он сложил булаву и в январе 1663 г. принял постриг под монашеским именем Гедеон. В Чигирине собралась рада правобережных казаков и выбрала на гетманство последовательного сторонника Польши Павла Тетерю.
На левом берегу шурин Богдана Хмельницкого – Василий Золотаренко – выдвинул свои требования на гетманскую булаву против действующего гетмана – Сомко (который тоже был родней Хмельницкого). Ситуация еще более запуталась с появлением третьего кандидата – запорожского кошевого атамана Ивана Мартыновича Брюховецкого. С помощью запорожцев Брюховецкий взял верх над своими соперниками и был избран гетманом на шумном собрании общей рады 18 июня 1663 г. После рады Золотаренко и Сомко предстали перед казацким войсковым судом, где были обвинены в измене (Сомко продолжал вести переписку с Тетерей) и, в соответствии с этим, казнены.
В конце 1663 т. Польша предприняла яростные усилия, чтобы отвоевать левобережную Украину. Король Ян Казимир сам повел через Днепр польские войска, усиленные казаками Тетери и пятью тысячами татар. Полякам удалось штурмом взять Лохвицу. Это была пиррова победа, достигнутая ценой огромных потерь. Тетере не удалось захватить Гадяч, а королевская армия потерпела поражение возле Глухова, после чего у Яна Казимира не осталось иного выбора, кроме как отступить, и вся кампания закончилась неудачей.
Поражение короля стало сигналом для вспышки целого ряда восстаний против поляков на правом берегу Днепра. Некоторые города, включая Браслав и Умань, заявили о своем желании перейти на сторону Москвы. Неудовлетворенность украинцев польским правлением в то время, видимо, лучше всего можно проиллюстрировать резкой переменой отношения Выговского к Польше. Будучи оскорблен тем, что поляки исказили самый дух Гадячского соглашения, Выговский в тайне согласился возглавить заговор против польского правления на Украине. Если это предприятие будет успешным, то заговорщики намеревались просить царя Алексея о прощении и милости.
Когда Тетеря и командир польских войск, полковник Маховский, узнали о роли Вьговского в заговоре, они пригласили его в свой лагерь под предлогом обсуждения какого то важного дела. Как только Выговский приехал, его тут же арестовали и предали казни. Так кончилась его изменчивая и бурная карьера. Получив известия о судьбе Выговского, левобережный гетман Брюховецкий выпустил особую прокламацию (универсал), где объявил, что Выговский умер как мученик за православную веру.
После этого Польша направила своего лучшего военачальника того времени – Стефана Чарнецкого – на войну против казаков Брюховецкого, которых поддерживал небольшой отряд москвичей и калмыков – вассалов царя Алексея. Он повел свои войска в район Канева, Черкасс и Чигирина. С помощью казаков Тетери Чарнецкий смог сохранить Чигирин за Польшей. Затем он повернул на запад против мятежных казаков браславского и уманского полков.
Брюховецкий направлял отчаянные просьбы к царю, чтобы тот прислал как можно больше войск на западный берег для оказания помощи в сопротивлении полякам и татарам. Однако московское правительство на тот момент было не в состоянии помочь ему, так как война с поляками в Белоруссии требовала от Москвы максимального напряжения. Помимо этого, московские финансы находились в отчаянном положении.
Для Москвы было трудно удерживать в полевых условиях на правом берегу Днепра даже то небольшое подразделение, которое было послано туда ранее. Войска устали от трудных переходов и постоянных боев и жаловались на то, что не получают обмундирования и провизии. Солдаты дезертировали группами и расходились но домам. В конце сентября 1664 г. один из наиболее активных московских командиров на правобережной Украине – Касогов – сообщал царю, что к 18 сентября под его командованием находилось всего пятьдесят девять солдат пехотинцев, и что на следующий день дезертировало двадцать четыре кавалериста и восемнадцать пехотинцев, а у него самого больше нет денежных средств и продовольствия. Более того, офицеры московской армии жаловались на то, что гетман Брюховецкий отказывается обеспечивать их пищей, несмотря на то, что сам он сделал большие запасы продовольствия. Брюховецкий резко возражал, говоря, что распределил большую часть средств среди московских солдат, но те просто напросто продали их и дезертировали.
Чарнецкий умер весной 1665 г. Его преемник на посту командующего потерпел поражение при Белой Церкви, нанесенное объединенными силами москвичей, казаков и калмыков. Это привело к временному затишью в ходе военных действий. Брюховецкий решил использовать эту ситуацию, чтобы совершить поездку в Москву и, как говорилось, «увидеть ясные царские очи».
Как Брюховецкий, так и московское правительство стремились реорганизовать систему управления Украиной для того, чтобы покончить с хаотическим состоянием украинских дел. Обе стороны считали, что необходимо укреплять власть гетмана над казаками. В то же самое время Москва хотела усилить власть царя над гетманом, для достижения чего сочли необходимым сделать царскую службу более привлекательной для гетмана, давая ему разнообразные личные и общественные привилегии и высокое положение при царском дворе. Брюховецкий проявил себя вполне отзывчивым на этот аспект московского плана, особенно ввиду разногласий между ним и украинскими городами и его столкновений с украинским духовенством.
Права и привилегии украинских городов были утверждены царем в 1654 г. Поскольку московское правительство, с той поры, не вмешивалось в дела украинских муниципалитетов, казацкое правительство намеревалось подчинить города своему контролю, и эта ситуация усугубилась при Брюховецком. Что касается украинских церковных дел, то Брюховецкий дал указание своему посланнику в Москву в мае 1665 г., чтобы тот обратился к царю с петицией о назначении одного из великорусских епископов митрополитом Киевским.
Измена Выговского и последующие колебания старшин (особенно – правобережных) между верностью Польши и верностью Москве вызвали подозрения у московских бояр по отношению к лояльности казаков в целом. «Тебе не следует доверять черкасам (т.е. казакам)», – писал царь Алексей Ордину Нащокину в 1660 г. Москва всегда старалась поддерживать равновесие между старшинами и простыми казаками, но такая политика не смогла предотвратить невзгод на Украине. Настало время, когда Москве необходимо было сделать выбор и отдать предпочтение одной из двух партий.
Запорожская идея о демократическом государстве была схожей с идеей донских казаков. Однако, по многим причинам, бояре не выражали желания допустить создания правительства такого типа на Украине. В первую очередь, даже под властью старшин Украина не знала крепостного права, и московитские крестьяне продолжали бежать в Черкассы в надежде обрести там более свободный образ жизни. Московское правительство пыталось настроить гетманов на то, чтобы выдавали беглецов московским властям. На самом деле, были возвращены лишь очень немногие. Демократическое украинское правительство запорожского типа, естественно, стало бы возражать против подобных выдач, как поступало правительство донских казаков.
Московские бунты 1662 г. ярко продемонстрировали, что не только деревенские крепостные крестьяне, но и свободные горожане были недовольны существующим режимом, и что установление демократического правительства на Украине лишь усилит оппозицию этих социальных элементов внутри самой Московии. Более того, прямая поддержка Запорожья могла отвратить всех старшин от Москвы. Поскольку, с точки зрения реальной политики, старшины являлись костяком казацкой армии и администрации, бояре опасались, что разрушение этого костяка будет иметь результатом хаос и уменьшит военную и политическую ценность Украины. По всем этим причинам московское правительство решило изменить свою политику отношению к Украине.
В подходе к выполнению этой задачи царь и бояре следовали образцу определенных пунктов Гадячского соглашения, Выговский должен бил стать сенатором Польского содружества; согласно другому, условию, некоторому числу казаков король должен был даровать дворянство. Московское правительство решило, что в таком случае царю следует даровать боярство Брюховецкому и что определенное число казацких старшин должны стать дворянами.
Брюховецкий прибыл в Москву 11 сентября 1665 г. Его сопровождали высшие офицеры казацкой армии, включая полковников Нежина, Лубен и Киева. Киевским полковником являлся Василий Дворецкий, который оказывал поддержку Шереметеву во время нападения Данилы Выговского на Киев семью годами раньше. 13 сентября царь дал аудиенцию гетману и его спутникам, а два дня спустя начались деловые переговоры между Брюховецким и боярами.
В меморандуме царю Брюховецкий и его спутники представляли на.рассмотрение и утверждение следующие рекомендации: (1) все налоги и подати, которые обязаны были платить украинские горожане и крестьяне, должны были собираться царскими чиновниками для московской казны; (2) старые права и привилегии казаков должны быть подтверждены царем; (3) после избрания каждый гетман должен приезжать в Москву, чтобы царь оделил его знаками гетманской власти; (4) московский церковный иерарх должен быть возведен, в сан митрополита Киевского; (5) московские гарнизоны должны быть расквартированы в украинских городах; (6) артиллерийские части казацкого войска должны быть расположены в Лохвице и Ромнах; (7) московские солдаты, расквартированные на Украине, не должны расплачиваться фальшивыми деньгами; и (8) московиты не должны называть казаков «предателями».
Царь и бояре приняли все пункты меморандума Брюховецкого, за исключением того, который касался киевского священного престола. Царь ответил, что сначала он должен проконсультироваться с патриархом Константинопольским.
После этого царь даровал Брюховецкому боярство; его спутники – старшины получили дворянство. В последующих беседах с московскими должностными лицами новый гетман выразил желание жениться на московской девушке и получить в полную собственность земельное угодье, где могли бы жить его жена и дети. Брюховецкий попросил царя подыскать ему подходящую невесту. Таким образом, с одобрения царя Брюховецкий женился на Дарье Алферьевне Исканской, родственнице четвертой жены князя Дмитрия Алексеевича Далгорукова.
Брюховецкий вернулся в Гадяч в январе 1666 г. Новый план жалования дворянства старшинам был встречен со смешанными чувствами. Московскому посланнику Фролову, которого направили в Малую Россию в марте, переяславский воевода Вердеревский говорил, что казаки не любят своего гетмана. «Прежде среди нас не было бояр. Гетман вводит новые правила, лишая нас наших свобод и нам трудно найти доступ к нему».. На обеде у Вердеревского переяславский полковник Даниил Ермоленко резко заявил своему хозяину «Я казак, и мне нет дела да дворянства».
Как в Переяславе, так и в Полтаве казаки жаловались, что воеводы притесняют их, незаконно реквизируя лошадей и повозки для московских солдат и налагая различные штрафы. В июле поднялся мятеж против старшин и московских властей в Переяславе. Полковника Ермоленко линчевали, напали на московский гарнизон и сожгли крепость. Восставшие установили запорожский тип правления в городе и его округе.
Опасаясь, что бунт распространиться на другие города левобережья, гетман и киевский воевода П.В. Шереметев послали московские войска в Переяслав. Мятеж был подавлен, и многие зачинщики казнены. Однако значительному числу разбитых зачинщиков удалось бежать на Дон, где они примкнули к движению «казацкой бедноты».

IV

Продолжающиеся волнения на Украине являлись причиной для беспокойства как в Москве, так и в Польше. В 1664 г. король Ян Казимир по совету Тетери приказал, чтобы монах Гедеон (прежний гетмая Юрий Хмельницкий) был доставлен в Варшаву. Позднее Гедеона заточили в тюрьму в Мальбурге (Мариенбург в Пруссии). Но и сам Тетеря быстро терял авторитет. Многие офицеры из старшин, не удовлетворенные польским режимом, решили обратиться к туркам и татарам за покровительством. Наиболее видным из тех, кто проводил такую политику, был Петр Дорошенко. Воспользовавшись внутренними неурядицами в Польше (восстание Любомирского против короля), Дорошенко призвал украинцев прогнать всех поляков с Украины. Турецкий султан признал Дорошенко гетманом Украины, даровав ему свое покровительство и приказал крымскому хану послать своих татар, чтобы помочь Дорошенко установить свой контроль над всей Украиной.
В сентябре 1666 г. татары вторглись на правобережную Украину и даже разорили города Переяслав и Нежин на левом берегу. Правобережная Украина подверглась полному разорению. Татары и казаки Дорошенко сломили сопротивление польских гарнизонов. Как и всегда, татары, главным образом, были заинтересованы количеством захваченной добычи. Они взяли в плен и отправили в Крым не менее ста тысяч мужчин, женщин и детей (включая сорок тысяч поляков).
Установление султанского протектората над Украиной угрожало интересам как Москвы, так и Польши и, конечно же, спокойствию и благополучию самого украинского народа. Эта общая опасность взывала к тому, чтобы добиться соглашения между царем и королем, еще и потому, что обе стороны были истощены длительной войной и внутренними неурядицами. Мирные переговоры начались в Андрусове – селении к югу от Смоленска – в апреле 1666 г.
После долгих пререканий стало очевидно, что расхождение между требованиями обеих держав было столь великим, что не оставляло надежды на заключение длительного мира. Вместо этого 3 января (13 января по новому стилю) был подписан договор о перемирии сроком на тринадцать лет.
Согласно условиям этого договора, Москва оставляла за собой Смоленск, но вынуждена была уступить Белоруссию Польше. Москва сохраняла за собой всю левобережную Украину; Польша – правобережную, кроме Киева, который оставался за Москвой еще на два года. Запорожье попадало под совместное господство как царя, так и короля.
Главную роль в ведении переговоров от лица Москвы и в последующем заключении Андрусовского договора играл выдающийся русский дипломат того времени – Афанасий Лаврентьевич Ордин Нащокин. Андрусовское мероприятие явилось венцом его карьеры (см. Гл. б).
Хотя Андрусовский договор предполагал только временное урегулирование отношений, важность его оказалась долгосрочной. Пограничная линия между Польшей и Россией, согласованная в Андрусове, была подтверждена договором 1686 г. о «вечном мире» между Польшей и Москвой. Единственным изменением, касающимся андрусовских территориальных условий, которое произошло между 1667 и 1686 гг., было изменение, относящееся к Киеву. Когда в 1669 г. поляки, в соответствии с договором, потребовали вывести московские войска из города, московское правительство отказалось, ссылаясь на неурядицы на Украине. В 1672 г. поляки потребовали, чтобы были установлены точные сроки возвращения Киева Польше. Московские посланники возразили, что поляки не в состоянии защитить Киев от турецких войск, и передать город Польше означало бы позволить, чтобы он попал в руки к туркам.
В 1678 г. поляки согласились, чтобы царь продолжал удерживать за собой Киев вплоть до конца перемирия (срок которого был продлен еще на три года) в обмен на три московских города – Невель, Себеж и Велиж (к северу от Полоцка и Витебска) – и за дополнительную компенсацию в сумме 200 000 рублей.
Передача Белоруссии Польше подчеркнула провал первоначального плана царя Алексея Михайловича объединить под своим покровительством все три России – Великую, Малую и Белую. Белая Россия еще раз оказалась под властью великого князя Литовского (короля Польши). Малая Россия была поделена между царем и королем. Однако, московские государственные деятели не отказались от плана создания триединой России; его осуществление было только отложено. Все три России сохранялись в царском титуле. Екатерине II суждено будет завершить неоконченное дело царя Алексея во времена раздела Польши.






Метки: История России

Вы читаете » "Москва, Украина и Польша, 1658 1667 гг. "

Статьи по теме:

Условия объединения Украины с Москвой
Внешняя политика России в XVI век. Расширение территории России
Русь и Запад
Думская монархия. Реформы П. А. Столыпина
КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ В СССР: ПРИЧИНЫ, МЕТОДЫ ПРОВЕДЕНИЯ, ИТОГИ
Архивы ↓

Rambler's Top100